Джомолунгма. Сагарматха. Эверест

ТИБЕТ: Жили себе, потом пришли комунисты и всё испортили

Для многих Тибет – это “райский уголок с благородными монахами”, “светлой религией”, “мудрыми правителями” и “бесконечно трудолюбивым верным народом”. Однако…

Тибет. Западная пропаганда вбила в голову странное клише “оккупация Тибета”. Запад мягко забыл, что почти тысячу лет до 1959 года Тибет был частью Китая, и только несколько десятилетий японской оккупации и гражданской войны находился вне юрисдикции центрального китайского правительства.
Если кратко, то и в 1959 особой надобности в “оккупации” у Китая не было. Надобность появилась, когда США сообразили, что ракета средней дальности, помещенная на высокогорье на 4-5 тысяч метров над уровнем моря, превращается в ракету очень высокой дальности..
И как только это открытие было сделано, Тибет поднял мятеж против центрального правительства. Странно, кстати – как можно поднять мятеж против того, кому ты не подчиняешься? Чтобы тебя затем “оккупировали”?

Тем не менее, “оккупация” произошла. Но вопросы остались.
Почему высокогорная страна, в которой житель равнины задыхается даже без физических усилий, не смогла сопротивляться?
Почему страна монастырей не уперлась в оборонительных сражениях за каждое ущелье?
Почему веками строящиеся мощнейшие укрепления не оказали никакого сопротивления мягко говоря, слабовооруженной и очень не сытой китайской НОАК?
Да потому что защищать теократический режим было некому. Треть населения Тибета в 1959 году были рабы. Треть – крепостные. Причем и рабы и крепостные были не картонными, а самыми что ни на есть настоящими.
Раб был имуществом. Скотиной. Раба можно и должно было истязать, унижать, морить голодом и пытками. Можно было искалечить – в Тибете ламы очень любили обереги из отрубленных человеческих рук, кистей и ступней. Носили на поясе. Некоторые экземпляры обвешивались человечиной в несколько слоев.
Крепостной не отличался в правовом статусе практически ничем. Его обязанность была одна – платить. Когда платить было нечем – его обращали в раба. Долги крепостного монастырю индексировались – иногда под 50-80% годовых – и переносились на детей, внуков и правнуков. Должок по процентам забирался человечиной – членов семьи обращали в монастырских рабов.
Это не средневековье. Это 50 годы 20 века.

Тибетские ламы были теократическими правителями горной страны.
В миллионном Тибете – 200 тысяч населения были монахи. Монахи, кстати, тоже не были высшей кастой. Большинство было бесправно и находилось на положении практически тех же рабов.
Каждый монастырь имел свой боевой отряд, задачей которого было поддерживать покорность подданных на монастырской земле. Но из карателя бойца не сделаешь – поэтому противостоять “оккупации” такая армия не могла даже теоретически.
Вот, собственно, здесь и кроется ответ – почему жители Тибета не встали грудью на защиту родной земли от кровавых оккупантов. Это была не их земля. Это была земля лам.
Ну, а пропаганда – да, она нарисовала из Шамбалы райский уголок с благородными монахами, мудрыми правителями и бесконечно трудолюбивым верным народом. Которых поработили кровавые завоеватели. Никого ведь не интересует, как там на самом деле, когда все познания берутся из фильмов Джеки Чана и журнальных статей про “буддиста” Стивена Сигала.

Как то зашла речь о Тибете времен правления Далай-ламы и кто то удивился рассказу о том, что в 20-х годах прошлого века, пытаясь найти деньги на войнушку с соседями, духовным правителем Тибета – Далай-ламой был введен налог на уши.
Т.е. те, кто хотел, чтобы его уши остались с хозяином, должны были уплатить подать, иначе их отрубали. И это тот самый свободный Тибет, который угнетают китайцы?.
Ну хорошо, давайте посмотрим на то, каким был Тибет до 1959 года, когда на “штыках Национальной освободительной армии Китая” в Тибете, последнем из всех государств Земли было отменено рабство.
Переживающие за находящегося в изгнании Далай-ламы эти фото о тибетском рае никогда не опубликуют. Смотрите их сами.На фото:Слева: раб, которому хозяин за провинность выколол глаза. Справа: орудия наказания рабов.
Теперь немного о том, за что могли наказать раба.
Известен случай, когда хозяин послал раба в отдаленное селение с поручением. Тот не успел вернуться засветло и заночевал в поле. Поле оказалось принадлежащим какому-то местному землевладельцу, и тот потребовал с раба денег за ночлег. Денег у того, естественно, не было и тогда в наказание ему отрубили руку. Когда он ослабевший вернулся обратно к хозяину, то тот, разгневанный тем, что здоровый, хороший раб стал инвалидом, приказал отрубить ему и вторую руку.
Неправда ли, эта замечательная сказочная страна заслуживает всякого одобрения со стороны правозащитных организаций?

Вот ещё свидетельства людей, побывавших в Тибете, и о царивших там порядках.
Французская путешественница Александра Давид Неэль в книге «Старый Тибет перед новым Китаем» отметила: «В Тибете все крестьяне являются пожизненными крепостными, среди которых, вряд ли, можно найти кого-то, кому удалось избавиться от долгов».
А Дэвид Макдональд, который в 20-е годы XX века работал торговым представителем Великобритании в Тибете, в книге «Истинный Тибет» писал: «Самое тяжкое наказание в Тибете – смертная казнь. Приговоренных к смертной казни зашивают в кожаный мешок и бросают в реку. Сначала такой мешок всплывает на поверхность реки, а через минут пять погружается под воду. Если человек в мешке не погибает, то мешок еще раз бросают в реку. Если он уже умер, то его достают из мешка, расчленяют труп и выбрасывают в воду. Кроме смертной казни, есть масса жестоких наказаний: ломание рук и ног, выкалывание глаз, вливание горячего масла или кипятка в глаза, что лишает зрения, и т.д. После этого даже при сохранении жизни крепостной становится инвалидом. Преступники и подозреваемые содержатся в сырых, темных и грязных темницах до конца своих дней».

Однако издевательствам подвергались не только рабы. Известный журналист Всеволод Очинников, в 50-е годы посетивший Тибет вспоминал:
«Мне разъяснили, что секта “Красных шапок” издавна развивает у молодых лам способность к телепатическим контактам. Чтобы улучшить “роуминг” такой связи, некогда использовался жестокий обычай. Под краеугольный камень каждого нового монастырского здания клали ламу-подростка. Юношу вводили в состояние “самадхи”, похожее на летаргический сон, и навсегда накрывали спящего каменной плитой.
Утверждают, что подобно тому, как конь чует могилу хозяина, погребенного несколько лет назад, трупы молодых лам давали излучение, облегчавшее телепатам выход на нужный объект. В 1990 году я беседовал в Лхасе с профессором богословия Тибетского университета. Отданный ребенком в монастырь Ганден, он был выбран для этой печальной участи. Но бежал, предупрежденный наставником, который сжалился над своим учеником»

Но может быть это агенты китайской пропаганды и нагло клевещут на беззащитных и добрых лам? Обратимся к документам.
Мелвин Гольдштейн в своей книге «The Snow Lion and the Dragon: China, Tibet, and the Dalai Lama (University of California Press, 1995)», пишет: «Несколько столетий спустя армия китайского императора была послана в Тибет, дабы оказать поддержку Верховному Ламе – амбициозному человеку 25 лет отроду, давшему себе впоследствии титул Далай (океан) Лама, правителя всего Тибета.
Две его предыдущие «инкарнации» в качестве ламы были ретроактивно признаны за его предшественниками, таким образом, превратив первого Далай Ламу в третьего Далай Ламу.
Этот первый (или третий) Далай-лама захватил монастыри, не принадлежавшие его секте, а также уничтожил буддистские письмена, которые выражали несогласие с его претензиями на святость.
Далай-лама, пришедший ему на смену, сибаритствовал, имел множество любовниц, устраивал пышные празднества в обществе друзей и вообще, вел себя не подобающим для своего высокого сана образом. За это он был убит своими священниками. В течение 170 лет, несмотря на признанный священный статус, пятеро Далай Лам были убиты представителями высшего духовенства или своими придворными»

В 1660 году при пятом Далай-ламе разразилось восстание в провинции Цанг – цитадели соперничающей секты Кагу, во главе с верховным ламой по имени Кармапа. Пятый Далай-лама призвал к решительным действиям против восставших, направив монгольскую армию, чтобы уничтожить мужчин, женщин и детей «подобно яйцам, разбивающимся о камни… Короче, сотрите с лица земли все их следы, даже их имена» .
В 1792 году многие монастыри Кагу были конфискованы, а их монахи были насильственно обращены в секту Гелуг (секта Далай-ламы). Школа Гелуг, известная также под именем «Желтые шляпы», не желала проявлять терпимость к другим буддистским сектам.
Традиционные молитвы секты содержали такие слова: «Благословен ты, о, жестокий бог учения Желтой шляпы, обращающий в пыль великие существа, высших сановников и простых людей, которые загрязняют и портят учение Гелуг».

Воспоминания тибетского генерала, жившего в XVIII веке, содержат описания борьбы между буддистскими сектами – такой же кровавой и беспощадной, как и все другие религиозные конфликты. Эта мрачная история остается незамеченной сегодняшними последователями тибетского буддизма на Западе.
Майкл Паренти пишет работе «Дружественный феодализм – миф о Тибете»:
«Одна 22-летняя женщина, сама беглая крепостная, сообщала:
«Хорошенькие крепостные девушки обыкновенно брались хозяином в качестве домашней прислуги и использовались по хозяйской прихоти. Они были просто рабынями без всяких прав» .
Чтобы пойти куда-либо, крепостным требовалось разрешение. Помещики имели законное право ловить тех, кто пытался сбежать.
Один 24-летний беглец приветствовал китайское вторжение как «освобождение». Он свидетельствовал, что при крепостничестве он подвергался непрерывным издевательствам, мёрз и голодал. После третьей неудавшейся попытки бежать он был безжалостно избит людьми помещика, до тех пор, пока кровь не пошла у него носом и ртом. Затем они вылили алкоголь и соду на его раны, дабы усилить боль.

Крепостные облагались налогом на женитьбу, рождение каждого ребёнка и на каждую смерть члена семьи. Они платили налог на посадку дерева в своём дворе и на содержание животных.
Были налоги на религиозные праздники, публичные танцы и игру на барабанах, налогом облагалось даже заключение в тюрьму и освобождение из неё.
Те, кто не мог найти работу, платили налог за то, что были безработными, а если они отправлялись в другую деревню в поисках работы, то платили налог на проезд. Если люди не могли платить, монастыри одалживали им деньги под 20-50%. Иногда долги переходили в наследство от отца к сыну, от деда к внуку. Задолжники, бывшие не в состоянии расплатиться по своим обязательствам, рисковали быть проданными в рабство.
Теократические религиозные учения опирались на классовый порядок. Бедным и угнетаемым внушалось, что они сами навлекли на себя свои несчастья, так как грешили в предыдущих жизнях. Поэтому они обязаны были смириться со своим горьким жребием в жизни нынешней и принять его как кармическое возмездие, живя надеждой на улучшение своей судьбы в будущих инкарнациях. Богатые и сильные рассматривали свою удачную судьбу в качестве награды за заслуги в прошлой и нынешней жизни.

Тибетские крепостные не всегда хотели мириться с ролью кармических жертв, виновных в своём угнетенном положении. Как мы видели, некоторые бежали; другие сопротивлялись открыто, зачастую подвергаясь за это суровым наказаниям.
В феодальном Тибете пытки и нанесение увечий – включая выкалывание глаз, вырывание языка, отрывание конечностей – были излюбленными видами наказаний, применявшимися к ворам и к беглым или строптивым крепостным.
Путешествуя по Тибету в 1960-х годах, Стюарт и Рома Гердер взяли интервью у бывшего крепостного, Церефа Ванг Туэя, укравшего двух овец, принадлежавших монастырю. За этот проступок ему вырвали оба глаза и изуродовали руку так, что он не смог больше её использовать.
Он объяснил, что перестал быть буддистом: «Когда святой Лама приказал им ослепить меня, я подумал, что в религии нет ничего хорошего». Так как лишение жизни противоречило буддистскому учению, некоторых преступников подвергали сильному бичеванию, а затем «оставляли Богу» замерзать на ночь до смерти. «Поразительно сходство между Тибетом и средневековой Европой» – заключает Том Грюнфельд в своей книге о Тибете.

В 1959 году Анна Луиза Стронг посетила выставку пыточного оборудования, использовавшегося тибетскими властителями. Там были наручники всех размеров, включая крошечные для детей, инструменты для отрезания носов и ушей, ломки рук и подрезания сухожилий ног. Были приспособления для горячего клеймления, кнуты и специальные устройства для потрошения. На выставке были представлены фотографии и свидетельства жертв, подвергшихся ослеплению, покалеченных или лишенных конечностей за кражу.
Одному пастуху хозяин должен был уплатить компенсацию в юанях и пшенице, но выплачивать отказался. Тогда пастух забрал у хозяина корову. За это ему отрубили руки. Другому скотоводу, противившемуся, чтобы у него забрали жену и отдали её помещику, поломали руки. Были представлены фотографии коммунистических активистов с отрезанными носами и порванными губами, а также женщины, которую сперва изнасиловали, а затем отрезали ей нос.
Как бы нам не хотелось верить в обратное, но феодально-теократический Тибет был бесконечно далек от того романтизированного Шангри-Ла, которым с энтузиазмом восхищаются западные прозелиты буддизма»

Впечатляющие свидетельства для мирной и доброй религии и ее главы, неправда ли?
Вот, кстати, и еще один миф (самим Далай-ламой, впрочем и придуманный) – что Далай-лама это глава всех буддистов. На самом деле он глава всех ламаистов – религия тибетских лам, вобравших в свои практики страшные изуверства – традиционной тибетской религии Бон и подобных.
Дадим еще раз слово М. Паренти: «Для богатых лам и помещиков коммунистическая интервенция оказалась страшным несчастьем. БОльшая их часть иммигрировала заграницу, включая и самого Далай-ламу, которому бежать помогло ЦРУ. Некоторые к своему великому ужасу обнаружили, что им придется самим зарабатывать себе на жизнь.
Многим, тем не менее, удалось избежать этой печальной участи. В течение 1960-х годов тибетское эмигрантское сообщество получало $1.7 миллиона в год от ЦРУ, согласно документам, опубликованным госдепом в 1998 году. После опубликования этого факта, организация Далай-ламы сама призналась, что получала миллионы долларов от ЦРУ в 1960-е года на засылку вооруженных формирований в Тибет для подрыва маоистской революции.
Далай-лама ежегодно получал $186000. Индийская разведка также финансировала его и других тибетских изгнанников. Далай-лама отказался ответить, работали ли он и его братья на ЦРУ или нет. ЦРУ также не комментировало эти факты»

Такая вот, совсем нелицеприятная, для тибетских лам картина вырисовывается, если делать суждения о ламаисткой теократии, не по репортажам западных телеканалов, голливудским фильмам и сочинениям г-жи Блаватской, Рериха и прочих теософов.
Нам могут возразить, что, дескать, положительно-загадочно-сакральный образ Тибета сложился задолго до присоединения Тибета к КНР и люди там бывшие ничего подобного не упоминают.
Для этого достаточно просто посмотреть, что знали европейцы о Тибете в XIX веке, когда эти мифы начали зарождаться.
Да ничего, фактически, не знали.
Была некая таинственная страна, высоко в горах, в которой, как говорили, жили мудрецы. В принципе, данной матрицы вполне достаточно, чтобы на ней сформировать ряд псевдорелигиозных спекуляций (как известно, чем таинственней информация и чем меньше ее подаешь, тем сильнее затягивает).

Большинство из тех, кто формировал мифы о Тибете либо там никогда не были, либо были там уже после того, как сформировали о нем свое совершенно определенное мнение, а таких людей не переубедишь, даже в том случае, если бы ламы у них на глазах, начали готовить в пищу младенцев. Они бы и в этом нашли свой сакральный смысл.
Очень жаль, что тема Тибета на долгие годы была отдана на откуп разного рода мошенникам и проходимцам околорелигиозного толка, в силу чего вокруг него сформировался эдакий флер недоступности и загадочности.

Дмитрий Иванович

Оставить комментарий