Комодский дракон

Комодский дракон

Он же земляной крокодил, он же комодский варан – самая крупная ящерица планеты Земля и самая тяжелая (масса максимально крупных самцов достигает 150 и более кг). Обитает исстари на Малых Зондских островах в Индонезии. Остров Комодо дал основное убежище и название этому древнему виду. Прародина его – Австралия, откуда он при обмелении морей распространился на территорию островов. Мегафауна Австралии вымерла, уровень моря поднялся, проходы суши исчезли, а вараны сохранились на жалких осколках некогда большого ареала.

Вроде и животинка не мелкая, мягко говоря, заметная, но о ее существовании научному миру стало известно лишь в начале прошлого века. Местные-то всегда знали. Первые “исследователи” в основном пытались добыть варана живьем, тушкой, или хотя бы шкуркой для зоологических музеев и коллекций, да лениво опровергали упорные слухи среди обывателей, что “драконы” летают и пыхают огнем. Всерьез стали изучать и охранять только тогда, когда просекли, что эти зверюги являются прекрасной приманкой для туристов, да и вообще, на минуточку, уникальное всемирное наследие.

В дикой природе комодские драконы – совершенно асоциальные типы, злобные одиночки, убежденные мизантропы и кровавые каннибалы, которые тусуются в компаниях исключительно по очень веским поводам: халявные пирушки, свадьбы и похороны. Традиционно все эти светские мероприятия сопровождаются выяснением отношений и хорошей дракой, нередко со смертельным исходом. Причем самцы и самки одинаково конфликтны и отморожены на всю башку. Только размер и сила имеют значение, все остальное – тлен и розовые сопли. Впрочем, самки заметно мельче самцов, поэтому задирают самок же, или мелких мужичков тиранят. В зоопарках на фоне сытной и регулярной кормежки способны привыкнуть друг к другу и сосуществовать мирно.

Стоит кому-то где-то сдохнуть (желательно кроваво, потому что запах крови эти миляги чуют за десять километров), как вараны бросают все дела и спешат на вечеринку. Ну, как спешат, подтягиваются враскорячку помаленьку, но бодро, волоча длинные хвосты почти в половину тела. Вообще, значение хвоста в жизни варана трудно переоценить. Рассказывали, что даже крупный среднеазиатский варан, способен точным ударом хвоста ногу человеку перебить. Ходят среднеазиатские солдатские байки о гнутой железной арматуре. Комодский же перешибает хвостом ноги крупным копытным, или перегрызает сухожилия зубами, или кусает за мягкий живот и рвет горло, что одинаково неприятно, а в подавляющем большинстве случаев фатально для жертвы.

Раньше считали, что на зубах у варана обитают какие-то особенно злобные бактерии, вызывающие скорый сепсис у жертвы. Позже выяснилось, что зубы у них не особенно грязнее, чем у других плотоядных, но рваные раны от пильчатой кромки зубов и выделение ядовитых желез нижней челюсти, содержащих белок, препятствующий свертываемости крови, оставляют жертве очень немного шансов на выживание. Сами зубы некрупные (не больше первой фаланги пальца), но плоские и пильчатые, как у их предков – динозавров. При укусе не забалуешь. Челюсть раскрывается нереально широко, как у змей, поэтому впечатляющее хавальце способно целиком принять некрупного кабанчика, а растягивающийся желудок уютно поместить и эффективно переварить. Глотает варан добычу целиком или очень крупными кусками со шкурой, рогами и копытами, а потом деликатно отрыгивает непереваренные рожки да ножки, готически украшая ими ландшафт. Убежденные и сугубые мясоеды, растительную пищу за съедобную не считают.

Так уж вышло, что самок в популяции гораздо меньше, чем самцов (примерно один к трем), а совокупляться во время гона очень хотят все. Должна же быть хоть капля любви даже в жизни таких вот монстров. Короче, собираются вараны на свадьбу. Фраки, манишки, мытые шеи, маникюр-педикюр. Сначала меряются хвостами, приглядываются мелкими и злобными своими глазками, примеряются к калибру противника, а потом становятся на задние лапы, опираются на мощные хвосты, обнимаются, входят в клинч и натурально борются. Отчаянная борьба нанайских мальчиков может длится до получаса, часто сопровождаясь кровавым членовредительством. Иногда рваные раны приводят впоследствии к смерти соперника, могут и на месте сплоченным коллективом сожрать неудачника, если лапы вовремя не унесет. В этом печальном случае свадьба плавно перетекает в динамичные похороны с активной поминальной расчлененкой покойного.

Победитель игриво подкатывает к самке и пытается ради такого особого повода побыть нежным: трется горлом, страстно царапает спину и хвост. В толще кожи у варанов под роговыми чешуями имеются еще и костные пластинки – остеодермы на манер крокодильих, так что самка отлично защищена, поэтому вполне может принять эти неловкие и брутальные ласки за эротический массаж. Амуры и прелюдия тут и заканчиваются, а вновь угрюмые любовники после собственно акта расстаются навсегда.

Самка роет нору (по другим данным ищет кучу прелого лесного мусора). Думаю, что все зависит от местности. На хорошо прогреваемом сухом склоне дополнительный обогрев ни к чему, а в лесу очень даже нужен. Откладывает кладку в 20-30 яиц и охраняет их долгие восемь месяцев. Яйца довольно крупные – до 10 см и весом до 200 грамм. Любителей поживиться ими много. Откладывание и охрана яиц – единственный материнский функционал. После вылупления детенышей самка в лучшем случае скажет сакраментальное “я устал, я ухожу…”, а в худшем начнет с аппетитом трескать собственное потомство. Чужие же вараны сожрут его без всяких вариантов.

Жизнь юных варанчиков нелегка и полна опасностей. Они вылупляются совсем мелкие (до 30 см), но растут быстро. Все же недостаточно быстро, поэтому до возраста двух лет вообще не рискуют спускаться с деревьев на землю. На дереве им и стол, и дом, и убежище. Питаются разной мелочью, преимущественно насекомыми и мелкими ящерицами. Сначала молодых варанов жрут все, кому не лень: птицы, змеи, циветты, а на земле крокодилы. Потом они вырастают, матереют и начинают в свою очередь жрать птиц, змей, циветт и молодых крокодилов. Крупные вараны едят молодь без разбора и малейших содроганий совести. Сумел догнать, завалить и слопать, значит, в своем праве. Половозрелыми вараны становятся очень поздно, лет так в семь-девять. И это очень правильно, так как для брачных претензий жизненно необходимо нарастить вес и авторитет, а то вместо свадьбы выйдет одно расстройство, и никто не узнает, где могилка ево. Продолжительность жизни у них большая – лет так до пятидесяти в идеале, так что могут себе позволить длинное детство. Доживают, правда, не только лишь все.

У варанов обнаружена способность к партеногенезу – девственному зачатию, так что “девы марии” среди них не чудо, а унылая обыденность. Нет самца, ну, и ладно, отложит кладку и так, только вылупятся из нее исключительно мальчики. У варанов гомогаметный пол мужской, поэтому из одинакового набора хромосом при партеногенезе девочек не выйдет. В механизм подробно вдаваться не буду. Не такой уж он и сложный, но вечером 1 января это будет явной и неоправданной жестокостью.

Численность животных сокращается, так как местные жители все равно плодятся быстрее, распахивают поля, выбивают копытных – законную добычу варанов, разводят собак, которые поедают варанью молодежь. Короче, все сложно. Их охраняют, конечно, и очень строго, но пока вид далек от процветания. В зоопарках варанов содержат охотно и успешно, но живой природы им не заменить. Вараны в ответку шастают по местным помойкам и дорогам, иногда делают нехороший кусь нерасторопным, шалят по кладбищам, откапывая покойников, забредают даже на улицы и к домам, но, в целом, стараются держаться от людей подальше. И это правильно. Туристы – вот это милейшие люди, которые своим восторженным интересом, статьями, красочными фоточками, а, главное, деньгами уж сколько лет поддерживают варанов на плаву, а также создают им положительный образ в глазах местной и мировой общественности, что вовсе нелишнее, учитывая их специфичный характер и образ жизни.

Р.S. Кстати, сытые вараны довольно миролюбивы, потому что им лениво драться. Во время гона и голода агрессивны, а так… спят себе днем в норе, а вечерком, как жара спадет, округу инспектируют на предмет пожрать. И едят не так-то часто, рептилии ведь. Уолтер Оффтенберг год прожил в палатке с семьей среди варанов, и ничего, не сожрали никого. Вараны к его постоянному присутствию привыкли. Когда делал записи, подошедший варан положил ему бошку на ногу, так он отогнал его ударом карандаша по голове. Наверное, это был не очень крупный варан, но все же показательно.

Катранжи Оксана

Оставить комментарий