Былое и дамы: Дикая Клара и Красная Роза

Былое и дамы: Дикая Клара и Красная Роза

Этих двоих великих революционерок называли за глаза «Дикая Клара» и «Красная Роза». Клара Цеткин и Роза Люксембург: мало кто не знает этих имен – но еще меньше тех, кто знает, чем, собственно, эти женщины прославились, и какое они отношение имеют к празднику 8 марта…

Красная Роза
Она была великой идеалисткой, мечтавшей переделать этот мир, но потерпела фиаско. Идеалистка, положившая жизнь на алтарь великой идеи, революционерка с пламенной душой, чьим именем названы улицы многих городов России… Да, это Роза Люксембург, чьи взгляды получили собственное название «люксембургизм». Роза Люксембург, создавшая кучу теоретических трудов, — «Социальная реформа или революция», «Массовая стачка, партия и профсоюзы» «Кризис социал-демократии», «Русская революция. Критическая оценка слабости». Роза Люксембург, которую высоко ценил Ленин, называвший ее «…великой коммунисткой, представителем нефальсифицированного, революционного марксизма». Роза Люксембург, чей лозунг: «Свобода — это, прежде всего, свобода инакомыслия» ляжет в основу борьбы против коммунистического режима в ГДР в 1988 году, притом что она боролась совсем за другое… «Я надеюсь умереть на своем посту — на улице или в тюрьме», — сказала как-то Роза Люксембург. Так практически и получилось, вот только предвидела ли она, что конец будет столь неожиданным и страшным?

Роза (а точнее, Розалия) Люксембург родилась 5 марта 1871 года в зажиточной еврейской семье в польском Замостье, что недалеко от Люблина. Отец семейства был коммерсантом. Розалия была самой младшей из пяти его детей, что сделало ее любимицей семьи. Девочка родилась с физическим недостатком — вывих тазобедренного сустава. Во время обострений ей приходилось проводить долгое время в постели. В гимназии Роза слыла блестящей ученицей. С детства она была амбициозна и честолюбива.
Родителям возлагали на любимую дочь особые надежды. Однако в юности девушка начала увлекаться революционной деятельностью. Родители пытались отвлечь ее от опасного пути, наняли педагога по музыке. Но уже тогда юная Люксембург чувствовала, что не музыка станет главной в ее жизни. Новые друзья-соратники воспринимали ее как равную. Это подкупало девушку, помогало ей избавиться от комплексов по поводу собственной внешности. Маленький рост, голова, великоватая для ее хрупкого тела, хромота. Ей приходилось маскировать недостатки своей наружности различными средствами: специальная обувь, широкополые шляпы, просторные бесформенные платья…
Ее революционная деятельность началась в Варшаве — городе, насквозь пронизанном в ту пору революционными настроениями. Здесь Роза стала членом польского революционного подполья «Пролетариат». В 1889 году ей пришлось, спасаясь от преследований полиции, эмигрировать в Швейцарию. Люксембург стала студенткой Цюрихского университета. Серьезные занятия юриспруденцией, философией и политической экономикой не отвлекали ее от главной цели — ведения революционной пропаганды среди студентов. Она стала активным членом кружка польских политических эмигрантов.
Встреча с социалистом Лео Йогихесом стала для нее встречей с первым чувством. Влюбленность придавала жизни новые краски. Именно тогда ярая революционерка написала романтичные строки «Если мне когда-нибудь захочется снять с неба пару звёзд, чтобы подарить кому-нибудь на запонки, то пусть не мешают мне в этом холодные педанты и пусть не говорят, грозя мне пальцем, что я вношу путаницу во все школьные астрономические атласы». Однако красота грез столкнулась с холодной действительностью. Йогихес беседовал с пылкой влюбленной в основном о политике. Тогда Роза сама призналась ему в любви… Молодой человек, казалось бы, ответил на ее чувства, но вскоре начал утомляться от энергии и напора, которые были свойственны Люксембург во всем — от революционной деятельности до личных отношений. Он не был готов к тому, чтобы надеть на себя семейные оковы. Самолюбивой Розе оставалось лишь войти в образ самостоятельной женщины, презирающей институт брака и проповедующей свободу любви.
Общественные успехи Люксембург были куда значительнее, чем личные. В 1893 году она вместе с другими польскими деятелями — Мархлевским, Тышком и Варским приняла участие в создании социал-демократической партии Королевства Польского и Литвы (СДКПиЛ) и даже возглавила её печатный орган «Справа роботнича». После защиты диссертации «Промышленное развитие Польши» в 1897 году Роза переехала в Германию. Там ее ждали новые дела. Она стала активным участником крайне левого крыла германской социал-демократической партии.
Чтобы переехать в Германию, ей пришлось… выйти замуж. Правда, брак был фиктивным — его целью было немецкое гражданство, но он так и остался единственным в биографии Розы Люксембург… Дальше все пошло по накатанной: пропагандистская работа, преследования полиции, немецкие и польские тюрьмы. Обычная жизнь революционера того времени. Люксембург проявляла себя как талантливый оратор и видный журналист, общалась и вступала в полемику с Плехановым, Лениным, Жоресом. В тот период она сблизилась со своими будущими друзьями и соратниками – Кларой Цеткин и Карлом Либкнехтом.
С началом российской революции в 1905 году, вдохновленная происходящим, Роза ринулась в Варшаву, чтобы «помочь» польскому пролетариату. Полиции не составило труда схватить пламенную революционерку и заточить ее в тюрьму. Перспективы были самые безрадостные – расстрел или долгая каторга. На помощь пришли немецкие друзья. В 1907 году они вытащили Люксембург из тюрьмы и помогли переправиться в Германию.
На 5-м съезде РСДРП в 1907 году Роза Люксембург уже присоединилась к большевистским силам, совместно с ними оценив либеральную буржуазию как антиреволюционную силу, а крестьянство — как революционный класс. Перед началом войны активность Розы расцвела. Это было время, когда она проводила агитационные выступления против милитаризма, создала журнал «Интернационал», а с началом войны организовала вместе с Карлом Либкнехтом «Союз Спартака».

Власти Германии не собирались сохранять лояльность, и в феврале 1915 года Люксембург оказалась в берлинской женской тюрьме. Вскоре Люксембург вышла на свободу, но весьма ненадолго. В 1916 году Роза вновь очутилась в застенках. Теперь уже надолго — Люксембург провела в камере два с половиной года. Время было военное и суровое, Люксембург тяжело болела, некоторые бывшие соратники отвернулись от нее. Впрочем, это не сломило революционерку — она активно занималась самообразованием, переводила на немецкий язык «Историю моего современника» и, конечно же, вела активную агитационную работу. В частности, рассылала листовки и брошюры против войны. В одной из таких брошюр, «Кризис социал-демократии», Люксембург предсказала создание III Коммунистического Интернационала.
В 1918 году ее освободили. Вскоре она уже стояла на трибуне вместе с Либкнехтом, руководя учредительным съездом Коммунистической партии Германии. И это был последний триумф Розы Люксембург… Через год, в начале января, началось знаменитое выступление берлинских рабочих. Пламенная революционерка радостно приветствовала эту акцию. Но восстание было подавлено, а Карла Либкнехта и Розу Люксембург арестовали.
В тот вечер ее привезли в отель «Эден», у дверей которого стояла толпа офицеров и солдат, осыпавших ее оскорблениями. После допроса Розу повезли в тюрьму Моабит. По дороге конвойные били и измывались над беззащитной женщиной… В конце концов офицер выстрелил ей в висок, и ее тело сбросили в Ландверканал. Останки обнаружили в воде лишь спустя четыре месяца, когда нацистское будущее Германии уже замаячило на горизонте…

Дикая Клара
Она была дочерью достойных родителей. Ее отец Готфрид Эйснер был школьным учителем и органистом в местной кирхе. Чтобы обучать бедных сельских ребятишек, он отказался от места органиста в Лейпциге на органе Баха. Мать — Жозефина Эйснер — учила своих детей Марсельезе и посещала собрания Союза немецких женщин. В этой продвинутой семье в городке Видерау в Саксонии в 1857 г. родилась дочь Клара. Она была пятым ребенком. Как достойная дочь своих родителей в пять лет сообщила, что хочет быть Яном Гусом. Уже в милом розовом детстве ее воображение захватил герой чешской Реформации, погибший на костре инквизиции в 1415 г. В девять лет она прочла всего Гете и Шиллера и с удовольствием декламировала их стихи. Через год она по памяти рассказывала Шекспира, в 11 — учила «Илиаду» Гомера на языке оригинала, а в 12 — цитировала страницами «Историю французской революции» английского историка Томаса Карлейля. Тоже, между прочим, на языке оригинала.

Родителям было из-за чего гордиться своей талантливой дочерью. Клархен приняли на бесплатное обучение в знаменитую Лейпцигскую женскую гимназию Августы Шмидт. Несмотря на свою пролетарскую фамилию Schmied — в переводе с немецкого означает кузнец, — фрау Августа готовила будущую элиту германской империи. На выпускном вечере, вручая 18 летней Кларе диплом, директриса заявила: «Наша гимназия будет гордиться тем, что здесь училась Клара Эйснер — восходящая звезда немецкой педагогики!».
Но этим радужным надеждам не суждено было сбыться. Клара Эйснер действительно стала звездой, но совсем в другом созвездии и при совершенно других условиях.
Примерно через месяц после выпускного вечера в гимназии восходящая звезда немецкой педагогики стала посещать тайные собрания социал-демократов. Партия действовала полулегально, а в 1878 г. по предложению Бисмарка рейхстаг принял Исключительный закон против социал-демократов. За время его действия, до 1890 г., было распущено 350 рабочих организаций, арестовано 1500 и выслано 900 человек. Полиция тщательно следила за социалистами. Во время одного из тайных собраний товарищ Клара Эйснер выпрыгнула из окна, спасаясь от ареста. Тем не менее оставаться в Германии было опасно, пришлось эмигрировать в Париж. Там она влюбилась в русского эмигранта-революционера Осипа Цеткина, которого тоже выслали из Германии. Там у них родилось двое детей, Максим и Костя, брак Цеткины не регистрировали, так как в этом случае Клара потеряла бы немецкое (саксонское) гражданство.
Жили бедно, можно сказать в нищете. Осип был человеком бескомпромиссным. Он категорически отказывался писать для так называемой буржуазной прессы, предпочитал за мизерную плату публиковаться в левых газетах «Народная трибуна» и «Социал- демократ». Кларе приходилось давать по двадцать уроков в день, чтобы хоть как-то прокормить семью. Кроме того, на руках два малыша, нужно было вести домашнее хозяйство, находить возможность и средства лечить больного туберкулезом мужа, ходить на партийные собрания и выполнять партийные поручения. Тяжелейшая жизнь подорвала ее здоровье.
Когда в 1889 г. Осип умер от туберкулеза, ей было 32 года, но выглядела она на все 50. Сыновья отца почти не помнили. Когда Осип Цеткин умер, старшему Косте было пять лет, а Максиму три года. Клару до конца жизни преследовало воспоминание о том, как их, возвратившихся с кладбища после нищенских похорон Осипа в свою убогую квартирку, сопровождала нарядная толпа, скандировавшая «Tour d’Eifel! Tour d’Eifel!».
— Сегодня открывают Эйфелеву башню! — радостно сообщила консьержка.
— Ура! — закричали дети и бросились на улицу танцевать под аккомпанемент аккордеона уличного музыканта.

Измученная отсутствием денег и болезнью мужа, она приняла помощь брата и поехала на два месяца к родителям в Лейпциг. Врач из русских эмигрантов поставил ей диагноз — нервное истощение. С тех пор дети не понимали, почему они в Париже меняют постельное белье только раз в месяц. Объяснения о тяжком труде и чудовищных условиях работы немецких прачек до них не доходили.
Подъем рабочего движения в Германии заставил правительство, в котором уже не было Бисмарка, отказаться от продления Исключительного закона. Социал-демократическая партия вышла из подполья и после очередных выборов образовала фракцию в рейхстаге. Это дало возможность Кларе вернуться на родину. Она переехала в 1892 г. в Штутгарт, где стала редактором газеты «Gleichheit» (Равенство), что позволило ей приобрести определенный вес среди немецких социалистов. В соседнем доме с Кларой жил Роберт Бош, основатель известного электротехнического концерна. С ним у нее быстро установились приятельские отношения. Некоторое время газета «Gleichheit» издавалась при его финансовой поддержке. Более 25 лет она руководила этой газетой, затем последовала «Лейпцигская народная газета». Она написала для различных изданий 952 статьи.
Франц Меринг, видный левый немецкий социал- демократ, сказал: «Клара Цеткин и Роза Люксембург — единственные мужчины в нашей хлипкой партии». Товарищи по партии называли ее Дикая Клара, а ее боевую подругу Красная Роза. Причиной было то, что она все больше и больше смещалась влево. Ее критика так называемого ревизионистского курса лидера партии Эдуарда Бернштейна вывела ее в ряды крайне левых.
Постепенно начала налаживаться и семейная жизнь. В 1898 году Клара вышла замуж за художника Фридриха Цунделя, который был на 18 лет ее моложе. Против этого союза возражал лично Август Бебель, один из основателей (1869) и руководитель германской социал-демократической партии и 2-го Интернационала. Сам не чуждый женского вопроса, достаточно вспомнить его известную книгу «Женщина и социализм» (1879), он опасался, что из-за «неравного брака» видный политический деятель Клара Цеткин может стать всеобщим посмешищем.
Впрочем, через несколько лет страсть пламенных революционерок к молодым людям вернулась в семью Цеткин бумерангом: младший сын Клары — Костя — стал любовником Розы Люксембург. Косте было 22, Розе — 37.
Между тем художник-портретист и редактор социалистической газеты зарабатывали неплохие деньги. В 1904 г. они купили большой дом в деревеньке Силленбух под Штутгартом, в 1907 г. автомобиль, а затем небольшой домик в Швейцарии. Видом из его окон любил любоваться Владимир Ленин. Но политика вмешалась в ее жизнь весомо, грубо, зримо. В 1914 г. брак распался. Клара Цеткин выступала против империалистической войны, а Фридрих наперекор ей записался добровольцем в армию.
Находясь на пределе своих сил, она уже подумывала о сведении счетов с жизнью, но неожиданно приехала любимая подруга и товарищ по партии Красная Роза. У нее схожее положение. Произошел разрыв с сыном Клары Костей. Они утешали друг друга, как могли, и обеим это помогло. Обе остались в социалистическом строю.

Цеткин очень долго не давала мужу официального развода, только в 1928 году (Цеткин стукнуло почти 71) он опять стал холостяком и немедленно женился на Пауле Бош, дочери бывшего друга семьи и основателя всемирно известного концерна.
С 1920 г. Клару Цеткин регулярно выбирали в рейхстаг депутатом от Компартии, но большую часть времени она проводила в России. Она всегда, в отличие от Карла Либкнехта и Розы Люксембург, поддерживала Ленина. Очень нравилось беседовать с ним и его сестрой Марией на кухне в их кремлевской квартире. Тем не менее даже ей было ясно, что не все идет в России так, как предполагалось. Как-то она выразила мысль, что oктябрьский переворот оказался преждевременным. Ленин надолго задумался и сказал: «Возможно, это так и есть».
Последний раз она приехала в Германию за год до смерти, в 1932 г. и выступила, как старейшина, на открытии вновь избранного рейхстага: «Я открываю первое заседание рейхстага, выполняя свой долг и в надежде, что несмотря на мою нынешнюю инвалидность (она не могла ходить и практически ослепла. — Авт. ), смогу дожить до счастливого дня, когда я, как старейшина, открою первое заседание съезда Советов в советской Германии». После этих слов она передала председательство, согласно протоколу, представителю фракции, получившей на недавних выборах большинство голосов. Этого человека звали Герман Геринг.
Умерла Клара Цеткин 19 июля 1933 г. в Москве. Похоронена у Кремлевской стены.
В бывшей ГДР была учреждена медаль имени Клары Цеткин, ее портрет был изображен на банкноте в 10 марок.

sweetstyle.ru

Добавить комментарий